Предупреждение: материал содержит описание насилия и суицидальных действий, спровоцированных насилием.

В ночь с 6 на 7 мая 2026 года 25-летняя жительница Акдарьинского района Самаркандской области Ф. была госпитализирована с колото-резаным ранением брюшной полости. По информации её родных, муж — лейтенант полиции Олимов Бехзод Собиржанович, инспектор отдела пробации УКД ОВД Акдарьинского района — в ту ночь избил её, а затем вложил ей в руки кухонный нож со словами: «Убей себя». Она ударила себя ножом в живот, потеряла много крови, и в реанимацию её привезли в бессознательном состоянии. Генеральная прокуратура сообщила, что прокуратура Акдарьинского района проводит доследственную проверку.

Олимова должны были сразу взять под стражу на основании ст. 242 УПК, однако этого не произошло. По словам родственников Ф., 8 мая он приходил к ней в больницу и угрожал, если она не отзовёт заявление. После этого отец пострадавшей позвонил начальнику ОВД Акдарьинского района, и Олимов больше не появлялся. По информации на 14 мая Олимов до сих пор на свободе, но из ОВД его уволили.

К сожалению, это не первое насилие с его стороны. И не первый раз, когда женщина оказалась более беззащитна, чем агрессор, работающий в правоохранительных органах.

4 января 2025 года Олимов Бехзод дома ударил жену по лицу, оскорбил и укусил её. Судебно-медицинская экспертиза подтвердила телесные повреждения. Семья обратилась с заявлением в УВД Самаркандской области и в прокуратуру. По данным судебного решения, в тот момент Олимов работал в охранной группеподразделений Управления финансово-материально-технического обеспечения УВД Самаркандской области. После заявления пострадавшей УВД провело служебную проверку и дициплинарно наказало Олимова: он получил выговор. В марте 2025 года это дел было рассмотрено в суде, но только благодаря тому, что прокуратура направила туда дело.

Суд установил: Олимов «ударил [жену] ладонью по лицу, оскорбил нецензурными словами», «умышленно причинил лёгкий вред здоровью» и совершил «семейное насилие». Одновременно суд рассмотрел дело в отношении самой Ф.Х., поскольку её муж подал встречное заявление: по его словам, жена заподозрила его в измене, оскорбляла его и «умышленно выдирала волосы». Ф.Х. объясняла суду: муж систематически её бил, в тот вечер она защищалась, а её действия — ответ на нападение. Выслушав стороны, суд постановил, что женщина также совершила семейное насилие в отношении мужа.

В отношении Олимова суд прекратил дело на основании ст. 16 КоАО РУз, которая определяет, что «лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел <…> несут ответственность за административныеправонарушения по дисциплинарным уставам». Олимову уже объявили дисциплинарный выговор за то, что он бил жену. Если бы Олимов не был сотрудником ОВД, то его могли бы посадить на 15 суток…

Пострадавшую женщину суд также признал виновной в семейном насилии, но освободил ответственности с вынесением предупреждения по следующим причинам:

• У неё ребёнок полутора лет и она единственный кормилец в семье («оиласида ягона боқувчи эканлигини»). Это странная формулировка, потому что у женщины есть муж, который вроде работает. Он отказался выполнять свои обязанности кормильца? Отказался содержать ребёнка и свалил всё на мать?Очень «достойно» для сотрудника правоохранительных структур, но никого, видимо, это не смущает.

• «правонарушение стало следствием действий самого супруга» («ушбу ҳуқуқбузарлик турмуш ўртоғининг хатти-ҳаракатлари оқибатида содир этилганлигини»). То есть суд сам признал, что её действия — это реакция на поведение мужа. Но вместо того, чтобы учесть дисбаланс власти при семейном насилии, суд признал женщину виновной.

Таким образом, правосудие поставило знак равенства между человеком, который избивал, и человеком, который отреагировал на избиение. Самое страшное в этой истории, что пострадавшая стала правонарушительницей, а главный агрессор не понёс существенного наказания (ведомственный выговор защитил его от наказания, которое назначили бы обычному человеку). И всё это – в соответствии с законом.

Возможно, именно это ощущение безнаказанности развязало руки Олимову и привело к трагедии, в которой женщина чудом осталась жива. Будучи уверенным, что «погоны всё прикроют», он продолжит давить на жену — только уже в больнице, требуя, чтобы она забрала заявление. А система продолжает покрывать Олимова – ведь он ещё на свободе, хотя закон требует обратного:

• По информации редакции, против Олимова Бехзода возбуждено уголовное дело по статье 103 УК РУз — «Доведение до самоубийства». Часть первая статьи предусматривает лишение свободы на 3-7 лет, другие части — более суровое наказание.

• Статья 242 УПК РУз устанавливает, что в качестве меры пресечения заключение под стражу применяется по делам об умышленных преступлениях, за которые предусмотрено лишение свободы свыше трёх лет. Статья 103 УК к ним относится, но прокуратура почему-то Олимова не задержала.

Редакция направила запрос пресс-секретарю Генеральнойпрокуратуры Хаёту Шамсутдинову, был ли задержан Олимов, и если нет, то по каким основаниям. К сожалению, на наши вопросы никто не ответил: возможно, они слишком неудобные для прокуратуры. Не удивимся, если его задержат «задним» числом после публикации.

Ирина Матвиенко